Мир ждет нас. Да! Мы любим этот мир пылко, безумно - так, как учил нас Бог: Sic Deus dilexit mundum - "Ибо так возлюбил Бог мир..." А еще потому, что это - наше поле боя в прекраснейшей битве милосердия, в войне за достижение мира Христова.

Господь, деликатно и с любовью, позволил нам завоевать для Него всю землю.

Он - всегда столь смиренный - ограничился лишь тем, что сделал это возможным... И уступил нам самую легкую и приятную часть: действие и торжество.

Мир... - "Вот наш удел!..", говоришь ты, устремив взгляд и разум в Небо, с уверенностью пахаря, величаво ступающего по своей ниве: Regnare Christum volumus! - "Хотим, чтобы Он царствовал над Своей землей!"

"Сейчас - время надежды, и я живу ею. Это не просто фраза, отец, - говоришь ты мне, - это правда".

Тогда... возьми весь мир, все человеческие ценности, которые влекут тебя с такой силой - дружбу, искусство, науку, философию, богословие, спорт, природу, культуру, души людские... - и вложи все это в надежду; в надежду Иисуса Христа.

Неуловимое и притягательное очарование мира - всегда и везде... Цветы вдоль дороги - тебя привлекают их краски и запах, птицы в небе, все создания...

Бедный сын мой! Это же так разумно. Если бы они тебя не восхищали, какую жертву ты смог бы предложить Господу?

Твое призвание христианина требует пребывания в Боге - и, в то же время, занятий земными делами, такими, как они есть, чтобы вернуть их Богу.

Трудно поверить, что можно быть таким счастливым в этом мире, где многие упорно влачат печальную жизнь и пестуют свой эгоизм, будто все кончается здесь, внизу!

Не будь же одним из них, исправляйся каждое мгновение!

Мир холоден и кажется спящим. - Часто, из своей обсерватории, ты созерцаешь его пылким взором. Пусть он проснется, Господи!

Укрепи свое нетерпение уверенностью в том, что если мы сможем сжечь дотла наши жизни, пламя охватит все закоулки... - и вид уже будет иным.

Преданность - служение Богу и душам, - которой я прошу у тебя постоянно, это не легкий энтузиазм, это совсем другое... Ее берут с боем прямо на улице, видя, как много еще надо сделать.

Хороший сын Божий должен быть очень человечным... - но не настолько, чтобы опуститься до развязного невежи.

Трудно кричать на ухо каждому, тихо, бесшумно, добросовестно выполняя свои гражданские обязательства, а потом предъявить права и поставить их на службу Церкви и обществу.

Да, трудно... но до чего же действенно!

Неправда, что есть противоречие между хорошим христианином и лояльным гражданином. Ведь Церкви и Государству, которые законно исполняют полномочия, возложенные на них Богом, сталкиваться незачем.

Врут (именно врут!) те, кто с этим спорит. Это они, во имя ложной свободы, любезно бы согласились, чтобы мы, католики, вернулись назад, в катакомбы.

Вот задача гражданина-христианина: способствуй тому, чтобы любовь и свобода Христовы господствовали во всех проявлениях современной жизни - в культуре и экономике, в работе и отдыхе, в семье и в обществе.

У сына Божия нет "классового сознания". Его трогают беды всех людей - и печется он о том, как разрешить их в духе справедливости и милосердия нашего Господа и Спасителя Иисуса Христа.

Об этом сказал уже Апостол, написавший нам, что нет лицеприятия у Бога. А я, без колебаний, истолковывал его так: нет другой расы, кроме расы детей Божьих!

Мирские люди упорно хотят, чтобы души как можно скорее утратили Бога, а потом - весь мир. Не любят они наш мир - эксплуатируют, других топчут.

Не попадись на этот двойной обман.

Есть люди, которые весь день горюют и маются. Все беспокоит их, даже спят они с навязчивой мыслью, что сон - единственное бегство от реальности, вот-вот прервется. А просыпаются - с неприятным, тяжким чувством, что впереди еще один день.

Многие забыли о том, что Господь поселил нас в этом мире лишь временно, по пути к вечному блаженству, и достичь его смогут только те, кто идет по земле с радостью детей Божиих.

Веди себя как гражданин-христианин, являя людям разницу между грустной и радостной жизнью; между нерешительностью и смелостью; между лицемерием, оглядкой - и простотой, цельностью. Одним словом, между мирским человеком и сыном Божиим.

Остерегайся очень важной ошибки - не думай, что благородные и законные привычки и требования твоего времени или окружения нельзя ни упорядочить, ни согласовать со святостью нравственного учения Христа.

Заметь, благородные и законные... Другие просто не имеют права на существование.

Нельзя отделять религию от жизни - ни в теории, ни в повседневности.

Иногда кажется, что там, у горизонта, встречаются небо и земля. Запомни, что на самом деле они встречаются в сердце сына Божия, в твоем сердце.

Мы не можем сидеть, сложа руки, когда хитроумное преследование обрекает Церковь на смерть от удушия, изгоняя ее из общественной жизни, и в первую очередь - из образования, культуры, семьи.

Это не наши права, а Божии. Если Он возложил их на нас, католиков, то лишь затем, чтобы мы их осуществляли!

Многие вещи - материальные, технические, экономические, социальные, политические, культурные... - просто брошены или отданы в руки тех, кто не озарен нашей верой. Тогда они мешают духовной жизни, образуя как бы заповедник, отгороженный от Церкви и ей враждебный.

Христианин, кем бы ты ни был - писателем, ученым, политиком, рабочим, - ты обязан освящать их. Вспомни, что пишет Апостол: все "совокупно стенает и мучится доныне, ожидая освобождения от рабства тлению в свободу славы детей Божиих".

Не стремись превратить мир в монастырь, это непорядок... Но не стремись и превратить Церковь в земное учреждение - это предательство.

Как грустно, когда человек мыслит по-кесаревски, не понимая, что другие граждане свободны в том, что оставил Бог на суд людям.

"Кто сказал, что для святости надо уединиться в келье, в пещере, в горах?" - удивленно спрашивал себя добрый отец семейства. И добавлял: "Тогда святыми были бы не люди, а кельи и горы. Наверное, мы уже позабыли то, что Господь сказал каждому из нас: будьте святы, как свят Отец ваш Небесный..."

А я только добавил: "Господь не только хочет, чтобы все стали святыми, но и дарует каждому необходимую благодать".

Люби свою родину, патриотизм - одна из христианских добродетелей. Но если он превращается в национализм, взирающий на другие народы с презрением, без христианского милосердия и справедливости, то это уже грех.

Оправдывать преступления, пренебрегать правами других народов... Нет, это не патриотизм.

Апостол написал, что "нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос".

Эти слова так же важны сегодня, как и в его время, - перед Богом нет различий в нациях, расах, классах и званиях. Каждый из нас возродился во Христе, чтобы стать новой тварью, сыном Божиим. Все мы - братья, и должны вести себя по-братски.

Много лет назад я отчетливо понял один критерий, который никогда не утратит силу: "В обществе, отделившемся от веры и христианской морали, нужно по-новому проявлять и распространять вечную истину Евангелия: в самой сердцевине такого общества дети Божии, по своим добродетелям, должны сиять как фонарики в темноте, quasi lucernae lucentes in caliginoso loco - "как светильники, сияющие в темном месте".

Вечная жизненность Католической Церкви подтверждает, что истина и дух Христа не удаляются от потребностей каждой конкретной эпохи.

Чтобы следовать по стопам Христа, сегодняшнему апостолу нет нужды что-то реформировать, тем более - отмахиваться от той исторической реальности, которая его окружает. Пусть просто делает то же, что делали первые христиане - одухотворяет все вокруг.

Ты, живущий в мире, среди людей, которые считают себя хорошими или плохими… стремись постоянно давать им ту радость, которая есть у тебя, христианина.

Объявлен указ кесаря Августа, все жители Израиля должны явиться для переписи, каждый в свой город. И вот Мария с Иосифом идут в Вифлеем. Ты не думал о том, что Господь воспользовался буквальным исполнением закона, чтобы исполнилось пророчество?

Люби и уважай законы честного сосуществования. Поверь, твое повиновение долгу поможет людям оценить христианскую честность, плод любви Божией, - и найти Бога.