 |
| 667 |
 |
Проявляя Веру, Надежду, Любовь, ты открываешь клапан - и вырывается пламя, которое горит в душах, живущих жизнью Божией.
|
| 668 |
 |
Все делай бескорыстно, только из Любви, словно нет ни наград, ни наказаний. - Но все же питай в сердце своем благородную надежду на вечную радость.
|
| 669 |
 |
Хорошо, что ты служишь Богу как сын, щедро и не за плату... А если подумаешь иной раз о награде - не огорчайся.
|
| 670 |
 |
Иисус говорил: "Всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную".
- Пойди поищи тут, на земле, такой щедрой платы!
|
| 671 |
 |
Iesus autem tacebat - "Иисус молчал". Зачем же ты говоришь - чтобы утешиться, чтобы оправдаться?
Молчи. Ищи радости в поношении - его всегда меньше, чем тебе причитается.
Можешь ли спросить: Quid enim mali feci? - "А что я плохого сделал?"
|
| 672 |
 |
Если ты в радости и молчании сносишь несправедливость - знай и не сомневайся: ты - человек Божий.
|
| 673 |
 |
Прекрасно ответил один почтенный человек юноше, который жаловался на несправедливое к себе отношение. - "Неприятно тебе? - сказал он. - А ты не старайся быть добреньким!..."
|
| 674 |
 |
Никогда не высказывай мнения, когда не спрашивают, даже если тебе и кажется, что оно - самое верное.
|
| 675 |
 |
Да, он грешил, но не суди его так сурово. - Пожалей его и подумай: может быть, он - Августин, а ты - так, посредственность.
|
| 676 |
 |
Все в этом мире - земля, прах. Но сгреби его себе под ноги - и будешь ближе к небу.
|
| 677 |
 |
Золото, серебро, камни - просто кучи навоза. Наслаждения, чувственные удовольствия, удовлетворение похоти... как у скотины, как у мула, свиньи, быка, петуха...
Почести, отличия, звания... Да это - пузыри, волдыри гордыни, ложь, пустота!
|
| 678 |
 |
Не люби того, что здесь, внизу, - это эгоистичная любовь... Те, кого ты любишь, уйдут в отвращении и страхе, как только Господь позовет тебя к Себе. - Не такова любовь нетленная.
|
| 679 |
 |
Обжорство - уродливый порок. Разве тебе не смешно, разве не противно, когда эти важные господа кладут в пищевод что-то жирное, да еще так торжественно, словно совершают обряд, словно это цель их жизни?
|
| 680 |
 |
Не говори за столом о еде - это пошло и недостойно. Говори о чем-нибудь возвышенном - о душе, о разуме, - и ты облагородишь простую необходимость.
|
| 681 |
 |
Если ты встаешь из-за стола, не совершив хотя бы маленького умерщвления плоти - знай, что ты ел, как язычник.
|
| 682 |
 |
Обычно ты ешь больше, чем нужно. - А потом тебе плохо, тяжело, тебе трудно думать, и ты не ощущаешь вкуса небесных благ.
Как хороша умеренность - даже тут, на земле!
|
| 683 |
 |
Ты говоришь, что ты - христианский рыцарь. Да, вижу, ты целуешь икону, бормочешь молитву, обличаешь врагов Церкви, мало того - часто прибегаешь к Таинствам.
Но я не вижу, чтобы ты чем-то жертвовал, отказывался от разговоров... ну, назовем их мирскими (хотя я нашел бы и другое слово), что-то давал тем, кто бедней тебя, даже Церкви Христовой, сносил слабость брата, поступался гордыней, сбрасывал шкуру эгоизма... много чего я не вижу!
Вижу... не вижу... И ты говоришь, что ты - христианский рыцарь? - Какое жалкое представление у тебя о Христе!
|
| 684 |
 |
Твои таланты, твои возможности, твое обаяние - все пропадает, ты ими уже не пользуешься. - Подумай над словами одного духовного писателя: "Не пропадает фимиам, если восходит к Богу. - Лучше прославишь Его, подавляя свои дарования, чем используя их не так, как надо".
| |
 |
|